в (на)

Наш суд – самый гуманный суд в мире

Евдокия никогда не была в суде. Ее, законопослушного человека мирной профессии судьба никогда не сталкивала с судебной системой. Но после того, как ее мужу было нанесено 11 ножевых ранений в жизненно – важные органы, три из которых должны были по влечь за собой смерть, после того, как муж стал беспомощным инвалидом, ей пришлось познать мерзостные гримасы и лицемерие судебной системы.

Евдокия и Терентий Б. познакомились 17 лет назад, в День всех влюбленных. Дочь – старшеклассница, хорошо налаженный быт, в семье царили мир и согласие. Евдокия работала врачом в районной больнице, Терентий – мастер на все руки был предпринимателем. Семья купила оборудование для ковки металлоизделий; заказы поступали исправно, будущее казалось безоблачным. Что еще нужно для счастья?

25 июня, 2014 года был самый обычный день.

Евдокия была в отпуске, находилась дома. В 16 часов муж отлучился из дома, чтобы помочь, как он сказал, однокласснику, дом которого затопила талая вода. Сказал, что придет в 10 вечера, и Евдокия, зная, что муж всегда был пунктуальным, не тревожилась, но часов в восемь вечера она почувствовала боли в сердце и послала сообщение мужу по ватсаппу, чтобы поторопить его. Год назад она перенесла операцию на сердце.

В 11-25 вечера Евдокии позвонила коллега – хирург, сообщив, что в хирургию привезли ее мужа с множественными ножевыми ранениями. Озвученный адрес, с которого поступил ее муж, ничего Евдокии не говорил.

Первое, что бросилось Евдокии в глаза при входе в перевязочную – сваленная в кучу одежда мужа, стоящая коробом от крови. Терентий лежал на столе в глубокой коме, ребра отошли от грудины, которая развалилась на две части, из отверстий в грудной клетке выходил воздух. Было страшно. Пульс не прощупывался, давления не было. Геморрагический шок IV степени, кома IV степени, – констатировала хирург. Практически мертв…

стр. 1

«Не жилец» – говорили в глаза и за глаза, так бы подумала и Евдокия, если бы речь шла не о ее муже. Женщина постаралась сделать все, чтобы Терентий был жив. При скудном оснащении районной больницы коллеги Евдокии сделали все, что могли, чтобы сохранить жизнь. Шесть операций одновременно – грудной клетки и брюшины заняли всю ночь, было перелито несколько литров крови. Евдокия обращала внимание на отекшую шею, но пока добрались до нее, было уже поздно. Как оказалось, Терентию пробили сонную артерию, вследствие чего левое полушарие умерло, часть организма парализовало.

На следующий день хирург начала названивать в Якутск, чтобы отправить Б-на санрейсом в Якутск. «Зачем? – Удивлялись на том конце провода, – ведь ясно, что умрет не сегодня-завтра!» Наконец, на транспортировку согласились, в случае, если пациент доживет до понедельника. В субботу у Б-на начался отек легких. В воскресенье Евдокия перевезла мужа в Якутск.

Мужчина месяц пролежал в коме, выдержал еще несколько операций. Два месяца он дышал через аппарат. Три месяца ему вводили пищу через зонд. Вопреки всем прогнозам он встал на ноги. Речь к нему не вернулась, он ест только протертую пищу, узнает родных, но не помнит событий последнего дня, перечеркнувшего жизнь молодого, полного сил мужчины – мужа и отца и превратившего его в инвалида I степени.

Б-н и П-в никогда не были друзьями, их связывало только то, что они состояли в одной группе в соцсетях, объединявшей людей по принципу увлечения компьютерными играми. Летний вечер неведомыми путями свел вместе под одной крышей трех мужчин – Б-на, П-ва и хозяина дома Ю-ва. Финал посиделок трех мужчин описан выше.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

GIPHY App Key not set. Please check settings

Что вы думаете?

Всегда ли виноват тот, кто остался жив?

Якутян приглашают на добровольную дактилоскопию: «А ваши пальчики-то, вот они!»